Нон-фикшн литература: закономерная популярность

«С начала года я прочитал 55 книг, из них 22 – «художественных» и 33 – non-fiction. <…> Cреди non-fiction потрясли и Ханна Арендт, и Дик Свааб, и Элвин Тоффлер, и Нассим Талеб. <…> Наступило время научно-популярной литературы. Потому что кончился, на самом деле, наш срок годности на восприятие искусства как чего-то сверхценного», - пишет журналист Дмитрий Губин в  резонансной статье «Литература умерла, или культура 3.0».

 

В свою очередь писатель Алексей Варламов, автор романов «Мысленный волк» (2014 год), «Лох» (1995 год) считает интерес читающей аудитории к нон-фикшн литературе закономерным и связывает его с тем, что публика устала от неадекватного отражения действительности, и ждет «доверительного разговора».

 

«В этом есть определенный социальный запрос. И писатели берутся за нон-фикшн не в погоне за коммерческим успехом, а потому что это интересно. Интерес к дневникам и мемуарам не случаен. Это интересно читать, и это позволяет оценивать частную жизнь людей, а через частную жизнь людей понимать историю», - рассказал писатель в интервью РИА «Новости».

 

Интересные мысли по этому вопросу высказывает кандидат философских наук, преподаватель Тихоокеанского Университета  Андрей Тесля: «Автор документальной прозы сознательно создает текст, претендующий на нехудожественность  и находится по отношению к художественной в положении одновременного отталкивания и сближения. Собственно, установка на документальность – изначальный жест разрыва, текст утверждает, что он не литература».

 

Какое определение дается понятию «нон-фикшн»? «Документальная проза, документальная литература, нон-фикшн - особый литературный жанр, для которого характерно построение сюжетной линии исключительно на реальных событиях, с редкими вкраплениями художественного вымысла». Чем больше достоверных фактов, наблюдений, истинных историй – тем выше ценность произведения?

 

Нередко нон-фикшн литературу сравнивают с журналистикой, в том числе Интернет-публикациями, но указывают на ее отличие – протяженность во времени. В статье вы изучаете один свершившийся факт или анализ нескольких фактов, а в книге – полноценную историю от корки до корки.

 

Критик и поэт Михаил Айзенберг рассматривает эту ситуацию с позиции читателя и утверждает, что выбор зависит от того, что он ждет от книги. Действительно, стоит учитывать, для чего читатель открывает то или иное произведение: чтобы получить эмоциональную встряску, погрузившись в мир героев; чтобы найти в нем ответы на интересующие философские и бытовые вопросы; чтобы открыть для себя новое, расширить кругозор, повысить уровень знаний?

 

Если интерес к нон-фикшн увеличивается, о чем свидетельствует рост продажи литературы, относящейся к данной категории, можно ли делать вывод, что сегодня для человека «истинность» важнее «искусственности», «достоверность» важнее «вымысла»? И чем объяснить этот процесс? Насыщенным информационным потоком, в котором большая доля приходится на «ложь», «завуалированность» или «недосказанность»?